Альфред Грибер (alfred_griber) wrote,
Альфред Грибер
alfred_griber

13. ЯЗЫКИ, КОТОРЫЕ НАС ОКРУЖАЛИ

13. ЯЗЫКИ, КОТОРЫЕ НАС ОКРУЖАЛИ

(из повести «Житомирское детство»)

А. Грибер

Жители нашего двора, нашего квартала да, пожалуй, и всей улицы разговаривали на разных языках: русском, украинском, польском и, конечно же, на еврейском, который назывался ещё и по-другому - идиш. Весьма часто в разговорах можно было услышать смесь всех этих языков. Получался такой своеобразный «суржик» - русско-украинско-польско-еврейский язык.

И что самое интересное, так это то, что все друг друга понимали очень хорошо. Дело доходило до абсурда. Если кто-нибудь в разговоре хотел сказать собеседнику что-либо такое, чтобы другие не поняли, было трудно найти язык, на котором это высказать.

Так или иначе, я впитывал все языки. Русский и украинский язык я знал в совершенстве на уровне родного языка. Польский язык я понимал неплохо, но разговаривать на нём мне доводилось мало. Хотя впоследствии при поездках в Польшу знание польского языка мне очень пригодилось.

В нашем доме мы разговаривали друг с другом на русском языке. Но дедушка и бабушка очень часто говорили между собой на идиш. Мама тоже знала идиш, но уже не в такой степени, как её родители. Когда в доме хотели скрыть какую-либо информацию, не предназначенную для моих ушей, то взрослые сразу же переходили на идиш. Поэтому большое количество слов и выражений на еврейском языке я выучил в самом раннем возрасте дома.

Очень много для овладения языками давало также общение вне дома. Память у меня всегда была хорошая, и я много запоминал.

Как-то я пришёл домой и сообщил всем домашним, что я уже умею говорить по-еврейски. Дело было перед обедом. Когда все сели за обеденный стол, я произнёс выученную на улице фразу: «КИШ МИР ИН ТУХЭС», что в переводе означает: «Поцелуй меня в ....». Ну, в общем, в то самое место, на котором люди сидят.

Мои домашние застыли, как в финале гоголевского «Ревизора». Теперь я понимаю, какие мысли пронеслись у них в головах. Хвалить, вроде, не за что, но и ругать нельзя. Ведь ребёнок старается выучить родной язык.

После продолжительной паузы дедушка, приняв соломоново решение, сказал:

- Это очень похвально, что ты хочешь научиться говорить по-еврейски, но эту фразу, пожалуйста, больше никогда не произноси, потому что это неприлично. Я тебе потом объясню, что она означает.

В нашем доме жила старушка. Я называл её – «Бабушка Айзман». Она со всеми разговаривала только на идиш. Возможно, она плохо знала другие языки. Со мной бабушка Айзман любила вести долгие беседы на различные темы. Как ни странно, я её отлично понимал и что-то даже отвечал ей.

Покинув родной дом и двор, я на многие годы забыл идиш, так как ни в Казахстане, ни, тем более, в армии этого языка я ни от кого не слышал. Только, вернувшись в Житомир после армии, я начал вспоминать идиш.

А когда в школе я начал изучать немецкий язык в качестве иностранного, то многие немецкие слова мне показались вдруг знакомыми, да и фразы как-то сравнительно легко складывались. Как видно, цепкая детская память сыграла здесь свою роль, так как идиш и немецкий язык относятся к одной языковой группе.

Так к моим четырём языкам житомирского детства добавился ещё один язык – немецкий, который я знал неплохо. И это знание выручало меня во время поездок в ГДР (Германскую демократическую республику).

Tags: житомирское детство, литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments